Наверх
Вниз

FINAL FANTASY: Echoes of the Lifestream

Объявление





Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » FINAL FANTASY: Echoes of the Lifestream » |» ЗАВЕРШЕННЫЕ ЭПИЗОДЫ » [05.09.2001] За семью печатями


[05.09.2001] За семью печатями

Сообщений 1 страница 15 из 15

1

Время: 5 сентября 2001 г. Вторая половина дня.
Место: Край, бар «Седьмое небо».
Участники: Cloud Strife, Vincent Valentine.
Описание: Встреча давних боевых товарищей в мирное время.

Отредактировано Vincent Valentine (2015-11-01 11:39:58)

0

2

Небесная пелена, скованная копотью и грязью, грозно разрастается на бесконечной плоскости, отмеряя неизбежность и уничтожая холодный белый свет. Пепельный дым вздымается над индустриальной чашей чёрно-белого города, устремляясь всё выше, бесследно исчезая в серых облаках. В воздухе витают пыль и радиоволны, пробивающиеся сквозь ледяную тишину мёртвых окон и немых стен. Мир блёкнет и увядает, выцветая изнутри. Безгласный ветер — редкий гость, периодически закрадывается в бар через открытые окна, принося с собой запах сырой свежести. На мутном фоне контрастируют отдалённые голоса, однако мгновенно стихают, не желая быть кем-то услышанными. Будничный день прорастает в суматошности людских скоплений, наделёнными бесконечной спешкой потерянного поколения. Тени тянутся следом, чёрными нитями, привязываясь к уходящим вдаль силуэтам. Картина покрывается бежевыми тонами, сливаясь с километрами остывшего неба. Как и прежде, мнимый покой оказался нарушен и зациклился на однообразном процессе. Мироздание делает новый ход против сотканной эволюции.

Одиночество проявляется в отражении тонкого стекла. По полу вьётся бессмертное безмолвие, ставшее типичным олицетворением домашнего быта. Приёмник, настроенный на потёртое шипение, изредка просачивается мелодиями минорной тональности. Но он их не слушает. Его взгляд прикован к телефону, чуть позже — к двери. Клауд тихо выдыхает, делая несколько шагов к барной стойке. Минутная стрелка бесшумно отмеряет утраченное мгновение, сменяя деление на циферблате. На линии вновь едкие помехи. Мысли собранные в единый поток неожиданно выгорают, сменяясь неброскими воспоминаниями утраченных дней. В четырёх углах таилось напускное равнодушие. Ему ли не знать? Артерии и вены переполняются обоймами флегматичности, в сознании звучит её нежный голос. Механизмы замерли, затишье поглотило в себя осколки прошлой жизни. В глазах отразилась бесчувственная пустота, сменившаяся бесполезной идеей, не принёсшей спасения в море из соли. Время переплеталось с ожиданием.

На гранях памяти растворилась вечность: быстро, точно и без суеты. Сердце набитое утерянными эмоциями источало радость; боль Клауд умело сдерживал внутри сияющей души. Он больше не один и никогда не был обречён на бесцветное будущее. Пропитанные лазурью глаза, светились ярче самого далёкого небесного светила. Отголоски ушедших впечатлений кружили в голове хаотичным хороводом, рассыпающимся по разуму тёплым дождём. Скорбь тлела где-то рядом, напоминая о разбитых фрагментах, лишённых повторного воспроизведения. Что бы он изменил?

Звонкий звук оборвал сложенные догадки. Обернувшись, Страйф с видимым удивлением окинул взором распахнувшуюся дверь. Алые цвета, как оттенки свежей крови, могли принадлежать только одному человеку. Но разве с ним всё было так просто? - Винсент?.. — ровным тоном произносит бывший пехотинец, тут же дополняя: - Неожиданно. Что-то случилось? — в его голосе перекликались интерес и непринуждённое спокойствие, что вполне внятно вырисовывалось в озвученном вопросе. - Добро пожаловать в «Седьмое небо». — на губах проскальзывает короткая и виноватая улыбка. Кажется, что за сегодня это был первый постоялец.

+2

3

     Он должен жить. Жить, а не просто существовать. Сейчас - потому что его просили об этом самые близкие люди, а постепенно, может быть, ему не понадобится искать причины. И Лукреция тоже хотела этого, потратив на его спасение последние силы. Винсент чувствовал, что многим обязан и ей, и друзьям, хотя последним этого не говорил, по крайней мере, прямо. Жить ради чего-то хорошего в настоящем оказалось сложнее, чем ради мести и попыток разобраться в прошлом. Как бы недостойно это ни звучало, на войне он чувствовал себя в каком-то смысле спокойнее, чем в мире. На войне всё было чётко и понятно, а в мире он просто не мог найти места для себя, не зная, что должен делать и говорить. Впрочем, после уничтожения Омеги Винсент принял решение разобраться в этом.
     Он готов был работать в ОВМ официально и постоянно, а не помогая время от времени – Рив не раз намекал, что был бы этому рад. Готов был переселиться в Край и чаще видеться с друзьями. Готов был сменить привычный плащ на что-то менее яркое, попытаться затеряться в толпе и спокойных буднях. Но судьба распорядилась иначе – он должен был оставаться вдали от людей и отталкивать их внешностью, предупреждая об опасности подсознание.
     Бушующие внутри сущности не были неожиданностью – их присутствие Винсент ощущал постоянно с тех пор, как они появились. Тревожило другое, а именно попытки этих сущностей бушевать не только внутри, но и вырваться наружу, чтобы насытиться кровью – со стороны троих оставшихся демонов он не испытывал такого со времён опытов в Нибельхейме. Ещё недавно ему казалось, что монстры смирились и подчиняются ему полностью, но после исчезновения Омеги и Хаоса это изменилось, пусть пока и обходилось без человеческих жертв. Удавалось даже скрывать новую-старую проблему – он не успел ни начать реализовывать задуманное, ни рассказать кому-либо о своих намерениях, впрочем, обсуждать это и не собирался, предпочитая действовать. В итоге, он, вероятно, так и остался для всех отшельником, слишком замкнутым в себе и погружённым в прошлое. Впрочем, самые близкие могли заметить некоторые положительные изменения.
     Приглашение Тифы навестить её, Клауда и детей – судя по некоторым признакам, написанное совместно с Марлин – совпало с планами пополнить запас патронов в магазине в Крае. В любом случае, он бы не отказал. Это время было относительно мирным для человечества в целом, но не для Винсента, тем не менее, он обещал попытаться – пусть и не вслух, а только самому себе. Хотя бы в том, что касается друзей.
     В «Седьмом небе», кажется, был только Клауд. Его вопрос «что-то случилось?» был логичным – все привыкли, что Винсент, как правило, появляется одновременно с некой внешней угрозой, возможно, отчасти даже ассоциируясь с ней в их подсознании, и прошло слишком мало времени, чтобы это изменилось. С Клаудом он точно встречался либо объединяясь в битве, либо в присутствии кого-то ещё, кто избавлял их от необходимости вести праздный разговор, или, точнее, пытаться. Не то чтобы им было некомфортно в присутствии друг друга, но говорили они практически всегда по делу, а касательно себя Винсент вовсе сомневался, что умеет иначе. Сейчас, кажется, момент этой необходимости настал. Кроме того, неловкости ситуации добавляло то, что Клауд, похоже, не ожидал прихода друга, хотя и не был против.
     - Клауд,- Винсент сдержанно кивнул боевому товарищу в ответ. Такая форма приветствия давно стала у них традицией.- Бар закрыт на переучёт, по крайней мере, так указано на табличке снаружи. Похоже, Тифа тебя не предупредила? Так же, как и о том, что вы, если процитировать её сообщение, ужасно по мне соскучились,- углы губ мимолётно приподнялись в попытке ответить и на улыбку. Спрашивать, дома ли хозяйка «Седьмого неба» и дети, Винсент не стал – будь это так, они, вероятно, уже спустились бы или как-то ещё обозначили своё присутствие, но в баре царила тишина, не считая двух мужских голосов и негромкого размеренного гула каких-то бытовых приборов на кухне.

Отредактировано Vincent Valentine (2015-10-19 15:49:47)

+2

4

Перекрёсток отречённого неба пронзил брезжущий свет: солнечные лучи настойчиво пробивались через широкие облака и минорные оттенки тишины, насквозь пропитанные урбанистической серостью поблёкшего города. На стыке памяти гармонично выгорали безжизненные картины, слепо взирающие на прошитое горечью прошлое.

Череда бесполезных гонок с самими собой давно окончена; от неё остались лишь блики, тёмно-фиолетовые разводы смазанных пятен и свезённые силуэты, за которыми тянулись красные густые шлейфы. Реминисценция цвела где-то рядом, обогащая мысли бесконечной глубиной утерянных чувств. В воспоминаниях не сохранилось ничего, кроме выжженного пепла и километров изъезженных дорог, протёртых до недр ожившей Планеты. Встречный ветер, ставший последним отголоском потерянной жизни, проложил связующие звенья вдоль и поперёк, перечеркнув судьбу бывшего пехотинца острым, как лезвие, графитом. В сумеречные времена он всегда тянулся к далёким звёздам, пытаясь выпросить у них прощения — лекарства от особенно тяжёлых умозаключений и едкого одиночества.

Пустынное эхо прокатилось холодными волнами по осколкам минувших дней. Бесцветная плёнка покрыла поверхность растраченных размышлений. Парадокс забытого счастья осветлил окаменелые остатки иллюзорных эмоций, вырвав из истории последний нетронутый лист. Живое наследие. Как давно это было? В его крови теплился остывший дождь, пропитанный искусственной солью, а вместе с ним — боль и страдания, умело стёршие из души разбитую человеческую сущность. Без помощи друзей ему не удалось найти себя; даже на старом видео с глазами полными ран и лазури. Бледные и выцветшие от безвыходности догадки умело плавили чужое мироздание, паразитирующее где-то внутри рассечённого надвое рассудка. От взрослого признания до алмазной россыпи умиротворённых небес, он всегда будет помнить её тёплый голос отчаянно пробивавшийся сквозь прочные стены непроходимого лабиринта. В определённые моменты было достаточно самых простых слов, чтобы почувствовать произвольную симметрию собственного сердца.

- Тифа? Сейчас её нет... — сделав короткую паузу Клауд кивнул в ответ, - На самом деле у нас небольшой выходной, поэтому весь бар сегодня держится на мне. — его голос буквально источал спокойствие, хотя временами в нём прослеживалось удивление и радость, ведь с такой личностью, как Винсент, доводилось пересекаться крайне редко. Возможно, что тому виной были сложные ситуации, странные пути и тернистые повороты по ту сторону баррикад. Если рядом объявлялась загадочная фигура в кроваво-красном плаще, то воздух в одночасье становился пронизанным белёсыми тайнами и бархатным мраком. Даже в завязавшемся монологе ощущалась минутная прелюдия: для этой встречи был жизненно необходим нож для колки льда. - Ты не частый гость в наших краях, однако... — Страйф коротко улыбнулся, переводя взгляд куда-то в сторону, - Мы всегда тебе рады. Главное не прячься от нас. — он снова мотнул головой, как-то виновато обернувшись к барной стойке. - Итак, для начала выполним твой заказ. Спрашивай.

+1

5

     Тифы, как Винсент и предполагал, не было. Приглашая его в гости, она указала конкретное время, а поскольку Клауд сообщил об её отсутствии спокойным тоном, это не было непредвиденным исчезновением. В этом всём прослеживался какой-то план, и пока Винсент не мог предположить, что являлось целью.
     «Не прячься»... Только сейчас он задумался о сходстве своего нынешнего положения с тем, в котором оказался Клауд два года назад, впрочем, различие было существенным: Винсент не сдавался, а его проблема могла убить окружающих, но не его самого – по крайней мере, физически. Он опустил голову, не отвечая. Клауд, кажется, тоже ощущал неловкость и не стремился встречаться с ним взглядом. Зато он хотел сменить тему, в чём Винсент не мог его не поддержать.
     Поставленная задача – сделать заказ – была не так проста. Включая в распорядок дня приёмы пищи, он чувствовал себя лучше, чем при их отсутствии, но определёнными вкусами обзавестись не успел. Это было ещё одним пробелом в новой жизни, точнее, было бы, если бы Винсент успел её начать. Что касается выпивки, к ней он относился настороженно, но не отказывался, если требовала вежливость. Сейчас сложность состояла в том, что обычно ему предлагали что-то конкретное, а собственных предпочтений и не было.
     - Хм...- взгляд растерянно скользнул по полкам за стойкой. Клауду хотелось играть в бармена, и Винсент в свою очередь устроился на ближайшем высоком стуле, изображая посетителя.- Что-нибудь... на твой вкус. Пусть будет красное,- на самом деле это не имело значения, но нужно было хоть как-то упростить выбор во всём многообразии напитков, которым славилось заведение Тифы.- В целом, как у вас дела?- вопрос вполне вписывался в рамки праздного разговора. Винсент надеялся, что перечисление событий, произошедших с их последней встречи в жизни обитателей «Седьмого неба», займёт время до тех пор, как один из них придумает следующий, или хотя бы до выполнения «заказа». Клауд относился к людям, с которыми можно и просто молчать.

Отредактировано Vincent Valentine (2015-11-07 15:35:30)

+1

6

Потёртые голоса шумящего на фоне приёмника, пробиваются сквозь долгоиграющую паузу. Звуковые сигналы источают приглушённое шипение, пронзая слух своей непрекращающейся едкостью. Атональная музыка хроматична, но воспринимается с невероятной лёгкостью, вдыхая в заведение утраченную атмосферу комфорта. Однако, лишь частично. Призрачные отклики осевшей повсюду пустоты медленно проникают через грани разума, добавляя воспоминаниям испепелённой ностальгии. Пространство искажается, вырисовывая в памяти иллюзию нескольких мнимых образов. Отсутствует привычный уют, ставший для него нескончаемой обыденностью безвозвратных моментов: он выгорел в объятиях просыревшей вечности, став безжизненным тленом ветхих менологий. Остался мёртвый штиль. Мириады минувших дней растаяли на лезвии сердца, обратившись в тень беспросветного прошлого. Жизнь продолжает движение вверх по реке, увядая в непроглядном тумане. Благо есть дорогие друзья — свет яркой надежды. Ведь он не один и никогда не был одиноким. Только потерянным в глубинах души, ищущем в недрах расколовшегося сознания фронтальный образ самого себя.

- Мой вкус? — отозвался Клауд, заходя за барную стойку, - Это может быть... — растерянным взглядом он обвёл несколько стеклянных бутылок, пытаясь подобрать подходящую. Всё же, напрасно. Отзывчивый постоялец оказался опытнее и явно знал чего хочет. - Красное? Глядя на тебя, никогда бы не подумал. — его губы изобразили улыбку. В глазах мелькнула толика лазурной иронии, прогретая внутренними чувствами искренних слов. Казалось, остроконечные стрелы на разлинованном циферблате замерли, желая увековечить эту встречу.

- Кризис предотвращён. — вдумчиво пододвинув бокал к постояльцу, Клауд прибавил: - Наступило мирное время. Даже не верится. — неслышным движением он открыл бутылку и налил в пустующий стакан щедрую порцию красного вина, издав только лёгкий звон, когда горлышко бутыли коснулось края фужера. Слова замкнулись вновь. Быть может, им сейчас есть, что вспомнить? Блеклые фрагменты стремительно проносились перед глазами, пересекая чёрно-белые дни очередного вчера.

Пронзительные стоны Планеты разрывают безвкусный воздух. Белёсые очертания неосязаемой угрозы постепенно поглощают сломанный мир. Солнца нет. Оно раздавлено и беспомощно погибает на просторах бумажного неба. В теле прогрессирует агония. Решимость проникает под кожу стальными иглами: пронизывает вены и перфекционирует немую боль. Смерть ни на секунду не оставляла их. Должно быть, предвкушала пролитое человечеством отчаяние.

«Он... Сефирот».

Его отрешённый взор пал на Винсента. - А ты? — в тоне чувствовалась сухая меланхолия, навеянная обломками мрачных мгновений. - Всё хорошо? — с частицей смятения поинтересовался Страйф. Он остался открытым и отзывчивым на проблемы близких людей, был готов прийти на помощь в любую минуту; достаточно простого намёка. В итоге, общая ситуация изменилась. Никто этого не ожидал. Искромётные битвы давно отгремели и наступил период безымянного затишья. Надолго ли? На этот вопрос у него не было ответа, впрочем, он его и не искал.

+1

7

     Винсент опустил голову, на сей раз не отреагировав улыбкой на улыбку. Первое, что приходит в голову. Красное. Кровь. «Нет,- ответил он сам себе, переводя взгляд на бокал. Тонкий, почти неслышный звон был совсем не похож на крик, хруст костей или звук разрываемой плоти.- Не кровь».
     - Верно,- он снова посмотрел на собеседника. Несмотря на странные мысли, Винсент не пропустил слова друга. Фразы были правильными, и нельзя сказать, что они не относились к тем, о ком он спрашивал, пусть и не сообщали о них ничего нового и конкретного. Возможно, Клауд просто не умел иначе.- Ты по-прежнему мыслишь как герой,- голос и лицо оставались бесстрастными. Заметка вслух, которой можно придать разные смыслы.- Спасибо,- бокал как раз наполнился. Винсент пока не касался его, ожидая, что ответственный «бармен» нальёт что-то и себе в виде исключения из очевидного правила «не пить на работе». Впрочем, Клауд, судя по взгляду, несколько отвлёкся от реальности, хотя и продолжал говорить, следуя законам гостеприимства. Винсент кивнул, слегка хмурясь. Эту задумчивость вызывал не вопрос друга, хотя отчасти и он.- Всё... под контролем,- недавние мысли. Были ли они его мыслями?- То есть...- кровь, ускоряясь, стучала в висках. Он сжал губы, борясь с хорошо знакомым ощущением. Отражающиеся в стекле бокала глаза над воротом плаща вспыхнули режущим красным светом.
     А потом мир вокруг исчез, заполняясь абсолютным белым цветом, по лицу прошёл жар, почти мгновенно сменившись холодом металла. Слух уловил скрежещущий звук, хотя здесь ничто не могло стать его источником. Красное. Кровь. Уничтожать. Разрушать. Убивать.*
     Винсент так же резко пришёл в себя, сжимая в живой руке карманные часы. Он научился доставать и останавливать их, даже балансируя на грани собственного сознания. Последующие действия также были отработаны до автоматизма: достать телефон, снова запустить часы, чётко сверив время с текущим, наскоро нацарапать несколько цифр на расчерченной на три столбца странице записной книжки. В этот раз - ровно минута, и форму он так и не сменил. Тем не менее, этого времени достаточно, чтобы вспышка не прошла незамеченной.
     Винсент мимоходом огляделся, избегая встречаться взглядом с другом. Кажется, он ничего не повредил, вцепившись руками не в какой-то из окружающих предметов, а в собственные предплечья. В правом ещё ощущалась остаточная боль от сжавшихся тисками железных пальцев, но она скоро пройдёт. Жаль, что вместе с ней не исчезнет и произошедшее из памяти Клауда.

*

Описанное в абзаце происходит в голове, не отражаясь внешне.

Отредактировано Vincent Valentine (2015-11-06 22:11:22)

+2

8

Чёрный осадок растворился в сердцевине разума, миновав потускневшие отражения вросшей вины. Фатальные кадры впитали резкий негатив, испепелив гнёт белёсой зыби. Стойкий поток приглушённых мыслей медленно таял в реалиях современности, отвергая мотивы бесцветных предположений. Ход безустанного противостояния давно замкнулся и весь мир покрылся клеточными мечтаниями. Над руинами взошло яркое солнце, осветившее гибель железного правления. Оно сгорело в собственной жестокости, в пламени милитаристского патриотизма и ярости.

- Просто непривычно. — Страйф поставил бутылку на стол, - Но это не плохо, нет. — с малой толикой радости он взглянул на своего гостя и тихо выдохнул. От себя не убежать, - Не нужно благодарности, мы же друзья? — рваные воспоминания пронеслись по недрам склеенного сознания. Силуэты ожили, бестелесные обличья восполнили прожитые моменты, позволив скованным эмоциям вырваться наружу. Тысячи светил озарили ожившие в глубине чувств образы близких людей, когда-то протянувшие ему руку и давшие шанс жить.

Не верно. Слово звучащее в пустоте павшего безмолвия порождало устоявшийся отказ от подобных выводов. Осознание, ставшее нерациональным и нецелесообразным, вонзило в рассудок острые, как нож лезвия. Это была не его судьба, события сами сделали выбор. Массивный маятник качнулся в противоположную сторону и рассёк плоть шаткого мироздания. Не осталось ничего, кроме привкуса выжженной пыли и призрачных очертаний расплывчатого будущего. Он был далёк от красивых фраз и славы, совершенно не нуждался в этом. Детские грёзы стали тенью, а инфантильные надежды — прахом. Видения отсырели и оказались бесполезными против кипящей повсюду реальности. Живое наследие исполнило своё предназначение, вернув громогласный титул героя законному владельцу.

Прошло много времени. Прочную сталь сразила ядовитая ржавчина, песнопение птиц перестало звенеть в сером воздухе туманных восходов. Редкий ветер бесследно испарился, а земля иссохла и потрескалась. Но память осталась. Навечно укрепилась на гранях распахнутого сердца.

- То есть? Винсент, я не... — что-то неуловимое, неприятное мелькнуло во взгляде, но тут же исчезло, - Винсент? — выйдя из-за барной стойки, Клауд с удвоенным вниманием обратился к своему товарищу: - Что это? Изменения в твоём поведении, я о нём. — голос звучал неуверенно, но с присущей крупицей беспокойства. - Если тебе вдруг нужна наша помощь, то просто скажи. — он произнёс это несколько мрачным тоном, слегка охладив недолгий восторг по поводу столь неожиданной встречи. Предположений было не много, но озвучивать их Страйф не спешил.

+1

9

     Винсент заметно вздрогнул, обнаружив, что Клауд вдруг оказался рядом, а не за стойкой. Он торопливо встал и неловко попятился, чуть не наткнувшись на следующий стул. Дыхание успокаивалось, но по-прежнему казалось, что, если к нему сейчас кто-то прикоснётся, может случиться нечто страшное.
     Раньше монстрам было достаточно нескольких часов бега по лесам Аджида, чтобы какое-то время не показываться настолько явно и позволить ему навестить друзей. Похоже, они могут появиться в любой момент, независимо ни от чего, а возможно, именно сейчас это стало так. Может быть, он просто слишком расслабился, позволив себе думать не о самоконтроле, а о простых вещах, например, о выборе выпивки... Но нельзя игнорировать эту опасность. Стоит считать везением, что до сих пор никто не пострадал. Безумием было приходить сюда, зная об активности трёх оставшихся демонов. Точнее, безумной безответственностью. Клауд, Тифа... дети. Меньшее, что он мог сделать - это разрушить место, ставшее для них домом, большее... об этом даже думать не хотелось. Вокруг целый город людей, не способных дать отпор монстру.
     - Нет,- прозвучало резко, голос казался странно огрубевшим.- Прости,- Винсент опустил голову, возвращая часы и записную книжку в карман. Пальцы дрожали.- Я справлюсь. Должен...- в интонации, почти ставшей снова спокойной, против воли сквозило отчаяние. Он нахмурился, стараясь вернуть обычное самообладание, и направился к двери, обходя Клауда.- Мне лучше уйти,- и желательно не возвращаться, пока это не прекратится. Если прекратится.

Отредактировано Vincent Valentine (2015-11-13 22:58:57)

+1

10

Взгляд потускнел, пропала яркость; осталась только пустая оболочка, насквозь пронизанная ледяным ветром. В сознании промелькнула короткая вспышка — мысль о надвигающейся беде, озарившая воспалённую память и выпорхнувшая прочь из скованного рассудка. Где-то в глубине души блеснуло безымянное чувство, медленно распространившееся по всему телу. Клауд сделал шаг к познанию отрешённого мира, готовясь протянуть свою руку помощи. Но бесполезно. На него совсем не рассчитывали. Потаённая ретроспектива пронзила натяжное молчание, желая вырваться на наружу в виде громогласных изречений.

Он ничего не ответил, но с грустью опустил голову и отвёл взор. Не желал, чтобы друг впитывал сухое осуждение; ему и без того было тяжело. Остатки болезненных воспоминаний закружили на волнах эмоций, зримо отражаясь в глазах, онемевших от избытка слов. Казалось, что атмосфера была рассечена тысячами прозрачных нитей: одни были натянуты как струны, вторые — хищно колыхались. Брешь между ними стала ещё очевиднее и так просто её ни за что не преодолеть.

- А как же друзья? — голос звучал безжизненно и тихо, сливался во едино с культивирующим безмолвием. - Ты всё время был скрытным и холодным ко всему. — тихо выдохнув, Клауд резко замолчал. - Честно? Сейчас я вспоминаю себя два года назад. — едва заметная улыбка скользнула по его бледным губам. Уверенность просочилась сквозь разноцветные воспоминания. В артериях тлела решимость, вера и закрепившееся мнение. Быть может, они и преследуют разные цели, но по-прежнему объединены узами крепкой дружбы.

- Думаешь, проще сбежать? — чуть громче произносит Страйф, заводя руку за голову. - А дальше? — стылая дробь дождевых вод забарабанила по окнам. Небесная серость выплеснула редкие лучи холодного солнца и тут же закрыла его измятым пологом грязных туч. Бесформенные тени вздрагивали и плясали, то пропадая, по появляясь вновь. Глубокая тишина пускала корни сквозь замкнутую комнату. Призрачные отклики шумной погоды основательно заполоняли бар, становясь единственным аккомпанементом ко всему диалогу.

+2

11

     Винсент остановился и медленно повернулся, слушая друга. Это естественная реакция. Ожидаемая. Но она заставила всё же подумать о ситуации. Не должно было, но уже случилось. Клауд этого не забудет. Нужно поговорить с ним. Это «меньшее зло».
     - Остальные не должны знать,- снова отрывисто, почти раздражённо. Винсент нахмурился, всё ещё ощущая холод на лице и нечто гораздо более тревожащее – пожирающую изнутри ненависть ко всему живому. Впрочем, было и осознание того, что чувство это чужое. Он продолжил уже спокойно:- Я бы не стал сравнивать. Ты не мог навредить им. Возможно, это довод в пользу того, чтобы всё рассказать. Но они не могут ничем помочь. Только будут волноваться обо мне, кроме собственных проблем. Я не хочу этого. Ты ведь понимаешь,- это был не вопрос. Клауд и сам вспомнил о событиях двухлетней давности.
     Винсент предпочёл бы скрывать активность демонов от всех друзей без исключения, но сейчас понимал разумом, что Клауд – тот, кому можно узнать об этом с шансом, что «новости» не будут немедленно переданы всей команде. Тот, кто не будет навязываться или относиться как к больному.
     - Возможно, раньше их сдерживал Хаос – он был самым сильным. Тогда я смог взять его под контроль,- правда, неизвестно, сколько бы это продлилось, если бы не возвращение Протоматерии.- Теперь нужно сделать это снова – с другими. Я не убегаю,- последнее прозвучало не совсем уверенно.- Но разве разумно здесь находиться... в моём состоянии?

Отредактировано Vincent Valentine (2015-11-22 01:01:10)

+2

12

- Твои переживания естественны. — качнув головой, Клауд ненадолго замолчал, окинул друга внемлющим взглядом. Созерцать на потаённые страхи и въевшуюся боль пришлось безмолвно; отчасти он разделял мнение Винсента, хотя с другой стороны, стоял на одиноком распутье сложных раздумий, тесно переплетающихся с желанием помочь. В глубине замкнутого круга остался лишь осознанный крик уходящего прошлого и мёртвые цветы. Пластмассовая жизнь казалась ему обманом, побегом от существующей вокруг реальности. За сегодня разум впитал большое количество чёрной ртути: от одной мысли о потере товарища Страйфу становилось не по себе.

- Разве мы не должны сражаться вместе?.. — непонимающе сорвалось с его губ, - Разве мы должны бежать от угрозы в лице нашего друга? — на скорый ответ Клауд не рассчитывал. Он сделал несколько шагов по направлению к барной стойке и оглянулся. Восприятие ситуации было крайне уязвимо и нуждалось в крепком фундаменте. Кому-то не хватало уверенности; кто-то старательно искал выхода из тёмных подземелий нерушимого страдания.

- Я понимаю. — ушедшие серые дни, пронизанные холодным дождём, ему никогда не забыть. Расколотые судьбы, израненные жизни... Бремя, которое приходилось нести было невероятно тяжёлым. Оно давило на плечи, сжимало рассудок и безжалостно отнимало веру в будущее. Ужаснее ощутить, нежели представить. Всякий самосуд сравним с самоубийством, если человеку не протянуть руку помощи.

- И одно я знаю точно — я не отступлюсь и не убегу. Чтобы не произошло, я не брошу тебя одного. — в словах ощущалась непоколебимая настойчивость и убеждение в собственной правоте. Ничего более Страйф не излучал, потому что прекрасно знал, что рано или поздно обязательно достучится до плутавшего окольными путями товарища. Иного бывший пехотинец не желал.

- Знаешь, я думаю, многие со мной согласятся. Ты больше не один. — даже чуть улыбнулся, кивнул и как-то виновато замолчал. - Вместе. Мы поможем тебе все вместе. — беспокойство отступило. Проснувшиеся светлые эмоции в одночасье закружили по телу и душе метельной вьюгой. В путеводной звезде вспыхнул яркий свет, события приняли новый поворот.

+1

13

     «Не один...- на секунду взгляд стал другим, вполне по-человечески выражая благодарность, пробившуюся сквозь бесстрастность.- Мне нужно не это»,- Винсент по привычке смотрел издалека даже на собственные эмоции, не позволяя им пересилить разум.
     - Не должны,- он ответил почти сразу.- Это другая война. То есть... нечто другое. Не будь я другом, я был бы только угрозой, разве не так? Вы бы боролись против этой угрозы – несомненно, вместе. Впрочем, общие усилия не потребовались бы,- несмотря на очевидную опасность, переоценивать силу монстров тоже не стоило. Это немного успокаивало.
     Он присоединился к ним когда-то, но долго оставался в неуверенности, приятно ли его присутствие, прекрасно понимая, кем должен быть в глазах большинства людей. В решающий момент Винсент вернулся, чтобы сражаться вместе с ними дальше – и встретил искреннее удивление Клауда и остальных. И сейчас иногда видел его, если позволял себе проявить неравнодушие. Возможно, в тот момент он и перестал быть просто странным попутчиком с полезными боевыми навыками. С тех пор многое произошло, и всё это они прошли вместе. Кроме маленьких личных трагедий, которые есть у каждого.
     - Ты прав в том, что каждый из вас должен быть готов к удару в спину,- Винсент был уверен, что решения в своей личной трагедии он должен принимать сам, и никак иначе. Перекладывать это на другого он был не намерен. Впрочем, вероятно, трагедия уже не только его, раз о ней стало известно, и что-то решать придётся не только ему.- Я подумаю об этом.
     Снова стать объектом наблюдения. Бомбой замедленного действия. Теперь для тех, кто несмотря ни на что видел в нём человека. Обузой, омрачающей мирное время. Но одно ясно: что бы он ни чувствовал, это не стоит их жизней.
     - Возможно, это хорошо, что теперь ты знаешь,- Винсент поднял глаза, прямо глядя на Клауда и даже перестав моргать. Голос по-прежнему не выражал эмоций, как и лицо.- Я должен справиться. Но если всё же не смогу, кто-то должен меня остановить,- понять, что означает «остановить» и почему для этого подходит именно человек, прекрасно владеющий мечом, было просто.- Уничтожить монстра, если я им стану,- продолжил он так же ровно, не желая недосказанности. Лучше произнести это.- Ты сможешь сделать это, Клауд?
     Убить врага, имеющего облик некогда не чужого человека и союзника. Клауд доказал, что способен справиться с этим и жить дальше. В чём-то верно утверждение, что история повторяется. Но оттого не менее жестоко просить об этом. «Я был бы благодарен»,- не добавил Винсент, заставив себя прерваться. Он снова отвёл взгляд, избегая любого проявления чувств, и на время умолк, хотя сказал не всё. Никакого давления на без того тяжёлое решение друга. Слова могут смягчить уже произнесённое, а столкнуться Клауду придётся именно с неприкрытой и уродливой сутью. Отношение к этой сути нужно выяснить прежде всего. Кроме того, заботятся о чувствах окружающих люди, но не монстры. Убить монстра легче, чем человека. Кажется, даже самым близким пора начать смотреть на него как на чудовище, насколько бы трудно это ни было.

     - Пока я жив, будь добр встречаться со мной как можно чаще!

     «Похоже, Нанаки был прав»,- сейчас Винсент готов был признать, что действительно стоило бы проводить с ними больше времени, но дружеская встреча уже обернулась непростым разговором. Былого не вернуть.
     - Мне жаль...- он был почти уверен, что не сказал это вслух. Полушёпот заглушал ворот плаща.

Отредактировано Vincent Valentine (2015-12-01 10:27:14)

+1

14

Клауду было знакомо обличье одиночества, похожее на беспросветный и замкнутый лабиринт. Вероятно, поэтому он так настойчиво пытался поддержать своего собеседника, совершенно не желая оставаться в стороне. Без друзей ты ни за что не сможешь найти спасения, не защитишь себя. В итоге твой разум останется опустошён, а душу изъедят мрачные мысли, сотканные из множества болезненных воспоминаний.
Ему не хотелось вновь переживать те забытые дни, превратившие его в безвольного путешественника. Как бы не старался, чтобы не делал, но ответ постоянно ускользал прямо на глазах. Угнаться за ним было невозможно. Словно призрак, прозрачное отражение, он постоянно устремлялся всё выше и выше. Бесконечная гонка с самим с собой не решала проблем, а лишь создавала новые. Осознание этого факта постоянно притуплялось, но ему повезло. Вокруг него оказались люди, протянувшие руку помощи.
«Мы не одни».
Во взгляде перламутровых глаз блеснула решительность. Всем своим видом Страйф давал понять об уверенности в сказанных словах. - Другая война? - лёгкое удивление отразилось на его лице, - Ты человек. Мы знаем это точно. - выдержав паузу, ровным тоном произнёс Клауд, бессознательно касаясь пальцами своих взлохмаченных волос. Он не мог сказать, что прекрасно понимает чувства Винсента, который всегда был сродни тайне, зашифрованной шкатулке с загадками*. Но его цели и желания неоднократно проявляли личность сильного человека, способного думать и логически рассуждать над происходящим. Всё, чего сейчас хотелось, так это проявить истину, надёжно запертую за семью печатями. Вот только нужных слов не подобрать. Пожалуй, из него действительно получился ужасный собеседник, совершенно не умеющий поддержать товарища. Между ними пропасть, а если попытаться её сократить? Иногда бессильны даже самые громкие обещания, чего уж говорить о обнадёживающих речах. Не этого хотелось Страйфу. Каждый из них искренне верил, что абсолютно прав в своих убеждениях.
- Послушай. - тихо выдохнул блондин, как-то виновато опуская взор, - Если произойдёт худшее, то я... - фраза оборвалась, не успев толком начаться. Услышанная новость сильно удивила Клауда, правда, соответствующего вида бывший пехотинец старался не подавать.
К этому всё и шло.
Шумящий за окнами дождь замолк.
И почему принимать решения так сложно?
Он сухо продолжил, терзаясь однотипными сомнениями: - Жертвенность не самое лучшее решение, Винсент. - недовольно поморщился, после чего коротко кивнул: - Да, смогу. - ради спасения и ради безопасности близких людей. Холодное убийство слишком жестокий вердикт для того, кого он считает своим другом. - Я убью внутреннего демона и одновременно спасу человека. Даже если это и невозможно. - повернувшись спиной, Страйф молча зашагал к барной стойке, явно не желая поддерживать тему разговора. Слишком высокой и неоправданной казалась цена, хотя другого выбора не было. - Не будь так критичен к себе. - неожиданно обернулся он, - И забудь о своём прошлом. Ради будущего.
____________
* - отсылка к моменту из игры.

+2

15

     Клауду явно непросто давался этот разговор. Винсент не торопил и не пытался заполнить чем-то возникающие паузы, он даже не смотрел на друга, тем не менее не оставляя сомнений, что внимательно слушает. Ответ снова демонстрировал суть героя, стремящегося к идеальному решению и спасению для всех и каждого даже тогда, когда это не кажется возможным.
     Винсент слегка нахмурился, всё же подняв глаза на Клауда, точнее, на его затылок. Резко развернувшись, тот мог видеть, как боевой товарищ слегка качает головой, впрочем, скорее досадливо, чем стремясь возражать. Понять то, что Клауд пытался до него донести, было просто… и, в конце концов, Клауд имел право на собственное видение и отрицание того, что в свою очередь пытался донести до него собеседник. Если бы эта тема возникла в разговоре безотносительно конкретной опасной ситуации, Винсенту не составило бы труда промолчать, точнее, он изначально предпочел бы её избегать.
     - Достаточно,- не резко, но твёрдо остановил он друга. Что бы тот ни думал, Винсент не чувствовал потребности выслушать чью-то оценку его собственных предполагаемых эмоций. - Похоже, ты считаешь меня лучше, чем есть. Не думаю, что это хорошо в текущей ситуации,- еще одна заметка вслух, но на сей раз он пояснил своё отношение к этому выводу.- Спасибо, что сказал это,- холодная вежливость не очень-то подходила для выражения благодарности за подобные вещи, тем не менее, ничего другого в интонации не прослеживалось.- Но я имел в виду… уверен, ты меня понял. Это единственное, чем ты можешь помочь. Внутреннее прошу оставить мне.
    «Именно тогда, когда я решил попрощаться с прошлым, выяснилось, что этого никогда не будет»,- взгляд задержался на стойке, неосознанно фиксируя мелкие царапины и блик от нетронутого вина в бокале. Он уже провёл с монстрами больше времени, чем с человеком, которым когда-то был. Совсем забыть о своей природной сущности не казалось хорошей идеей, а демоны становиться частью прошлого вовсе не собирались.
     - Что до другой войны…- продолжил он после паузы. Недавно проступившая во взгляде и интонации холодность сменилась более нейтральным, деловитым намерением пояснить свою точку зрения. И это странным образом выглядело более живо, чем прежний оттенок спокойствия, имеющий какой-то намек на пусть негативные, но эмоции. Более по-человечески.- Это… сродни тому, как я наблюдал со стороны за твоей битвой с Сефиротом. Никто, кроме тебя, не смог бы победить его по-настоящему, и что-то заставило поверить в это даже человека, когда-то убежденного, что почти любую проблему можно решить одной пулей,- снова пауза. Винсент медленно выдохнул. Иллюзия исчезла. Но он продолжал, пусть и с усилием.- Не стоит думать, что я жажду пожертвовать собой. И не забудь о моей способности восставать из мёртвых и полумёртвых,- если это и было попыткой пошутить, то прозвучало с неуместной для этого горечью.- Речь идёт именно о будущем. Ты дорожишь всеми, но если придётся делать выбор, времени на колебания и попытки решить всё иначе не будет. Лучше заранее принять то, что ваши жизни – главная ценность. Я знаю, что ты не убиваешь без необходимости, и я провел достаточно времени с этими тварями, чтобы понять, что, возможно, придёт время, когда их сможет остановить только это. Будь готов дать серьёзный отпор существу, опасному для тебя и твоих друзей, кем бы оно ни было в прошлом – это всё, о чём я прошу.
     Винсент нахмурился снова, ловя себя на неприятном ощущении, что, возможно, сказал слишком много. Он, в отличие от Клауда, так и не вернулся к барной стойке. Внести ясность было необходимо, но намерения вскоре уйти это не отменяло.
     Молчание затягивалось. Очевидно, принятие такой информации требует  больше времени, чем есть у них сейчас. Оставалось только надеяться, что доводы разума всё же победят эмоциональное желание спасти друга.
     - На днях я снова буду здесь,- тихо закончил Винсент, давая понять, что не собирается избегать встречи с другом, если у него появится на то желание.- Сохрани наш разговор в тайне, если возможно. По крайней мере, пока что,- кивнув другу на прощание, он неторопливо развернулся и направился к выходу. Внутренние демоны затаились, но чувство неясной тревоги не утихало.
     Вероятно, Клауду придется что-то сказать Тифе и Марлин. Облегчение, что он не застал их здесь, смешивалось с некоторым чувством вины – перед ними, Клаудом и другими, кому Винсент позволил видеть в себе человека, а не опасного монстра. Будто забыл, что от опытов Ходжо можно ожидать всего. Хотелось верить, что он опомнился вовремя, и никто не поплатится жизнью за эту беспечность.

Отредактировано Vincent Valentine (2017-03-22 10:20:35)

+1


Вы здесь » FINAL FANTASY: Echoes of the Lifestream » |» ЗАВЕРШЕННЫЕ ЭПИЗОДЫ » [05.09.2001] За семью печатями